Судебные прецеденты и толкования — подборка 3 — часть 4

5) Разъяснить являются ли правомерными действия сотрудников SASPA по пропуску не идентифицированного лица на территорию Федеральной тюрьмы с последующим задержанием. 6) Разъяснить несет ли не идентифицированный сотрудник, ответственность в соответствии с УАК, в случае если сотрудник SASPA пропустил на территорию SASPA без идентификации. Верховный суд штата Сан-Андреас разъясняет следующее. Предметом данного обращения является вопрос о применении статьи 2.11 Закона “О Федеральной тюрьме” и соотношении данной нормы с положениями Закона “О Закрытых и охраняемых территориях” (далее - Закон о ЗОТ), касательно допустимости сложившейся практики, при которой отсутствие идентификации при проходе или проезде через Контрольно-пропускной пункт Федеральной тюрьмы рассматривается как достаточное основание для задержания лица по подозрению в совершении преступления, предусмотренного статьей 12.7.2 Уголовно-административного кодекса (далее - УАК). В рамках настоящего обращения Верховный суд, считает необходимым рассмотреть статьи 12.7 и 12.7.2 Уголовно административного кодекса, по их составу и правоприменению относительно задержанных лиц на закрытой и охраняемой территории режимного объекта Федеральной тюрьмы Болингброук. Спойлер: 12.7[А] и 12.7.2[У] Уголовно-административного кодекса. Верховный суд штата Сан-Андреас на практике неоднократно отмечал отсутствие у правоприменителей полного понимания указанных норм. Так, например, при пересечении КПП Федеральной тюрьмы без надлежащей идентификации, на практике виновное лицо часто привлекали к административной ответственности за совершение проступка, предусмотренного статьей 12.7 УАК. Мотивировались в таких случаях заключающим положением диспозиции статьи 12.7 УАК, а именно фразой “если эти действия не содержат состав уголовно наказуемого деяния”. Причинно-следственную связь при этом выстраивали примерно следующим образом: человек проникает на “желтую” зону Федеральной тюрьмы Болингброук (закрытая территория) → единственным действием, которое по сути образовывает состав правонарушения становится именно отсутствие идентификации сотруднику SASPA на КПП → в дальнейшем эта совокупность толковалась как проникновение на закрытую территорию без содержания состава уголовно наказуемого деяния. Такое заблуждение является прямым следствием недоработки статей 12.7 и 12.7.2 УАК Конгрессом штата Сан-Андреас после реформы Закона “О закрытых и охраняемых территориях”, так как ранее в штате Сан-Андреас за нахождение на закрытой территории была предусмотрена как административная, так и уголовная ответственность (две разных статьи). И единственным различающим фактором была как раз-таки указанная часть диспозиции статьи 12.7 УАК. Со временем Конгресс штата Сан-Андреас перевел ответственность за нахождение на закрытой территории исключительно в разряд административных проступков, полностью убрав статью, которая предусматривала уголовную ответственность за нахождение на закрытой территории. При этом диспозицию статьи 12.7 УАК не отредактировали, оставили некий рудимент в виде указанной части диспозиции. На основании изложенного Верховный суд штата Сан-Андреас разъясняет, что часть “если эти действия не содержат состав уголовно наказуемого деяния” в действующей диспозиции статьи 12.7 УАК не имеет никакого отношения к действующей правоприменительной практике и является рудиментом утратившего силу законодательства. Иным заблуждением, которое Верховный суд штата Сан-Андреас не раз отмечал в судебной практике, является привязка нарушения режимов к правовым последствиям. Иначе говоря сотрудники на практике нередко понижали ответственность лица с уголовной по статье 12.7.2 УАК до административной по статье 12.7 УАК в силу отсутствия правовых последствий. Верховный суд штата Сан-Андреас разъясняет, что состав правонарушения по статьям 12.7 и 12.7.2 УАК является формальным, а не материальным, поскольку законодатель связывает окончание правонарушения с совершением запрещенного действия (незаконное проникновение либо нарушение режима), а не с наступлением каких-либо последствий. Из этого действительно следует, что: не требуется причинение ущерба; не требуется создание угрозы; не требуется наступление каких-либо иных последствий. Самого факта нарушения режима достаточно для окончания состава. Наступление либо отсутствие последствий может учитываться судом или уполномоченным должностным лицом при выборе наказания, однако само по себе не влияет на наличие либо отсутствие состава правонарушения. Вместе с тем отсутствие вредных последствий не исключает возможности признания деяния малозначительным в случаях, предусмотренных статьей 1.7 УАК, однако само по себе не является достаточным основанием для применения указанной нормы. Для правильного и полного толкования разницы в применении статей 12.7 и 12.7.2 УАК к территории Федеральной тюрьмы Болингброук Суд считает необходимым определить правовой статус Федеральной тюрьмы штата Сан-Андреас (далее - SASPA). Статьей 1 Главы I Закона о ЗОТ предусмотрено разделение территорий на охраняемую (красная), закрытую (желтая) и общественные места (зеленая). В соответствии с частью 1 статьи 4 Главы VII Закона о ЗОТ SASPA является режимным объектом, территория и окрестности которого являются местом государственной охраны, где действует особый Контрольно-пропускной режим. Исходя из этого, несмотря на то, что территория SASPA также делится на охраняемую, закрытую и общественную территории - SASPA представляет собой режимный объект, обладающий специальным правовым статусом, что имеет принципиальное значение при квалификации правонарушений по статьям 12.7 и 12.7.2 УАК. Статья 12.7 УАК предусматривает ответственность за незаконное проникновение либо нахождение на закрытой территории, тогда как статья 12.7.2 УАК предусматривает ответственность за незаконное проникновение либо нахождение на охраняемой территории или режимном объекте. По смыслу статьи 12.7.2 УАК объектом уголовно-правовой охраны выступает не только отдельная охраняемая территория, но и режимный объект, как самостоятельный объект правового регулирования (именно поэтому законодатель использует “или”). Следовательно, незаконное проникновение на территорию режимного объекта образует состав преступления независимо от того, какая внутренняя зона была фактически пересечена виновным лицом. Внутреннее разграничение территории режимного объекта на общественную, закрытую и охраняемую зоны регулирует порядок допуска и пребывания на соответствующих участках территории, однако не изменяет самого правового статуса объекта, как режимного. То есть для дополнительного пояснения Верховный суд считает необходимым подчеркнуть следующее - закон “О Закрытых и охраняемых территориях” предусматривает две различные модели государственного объекта. Первая модель представляет собой государственный объект, который не обладает самостоятельным режимным статусом. На таких объектах законодатель регулирует исключительно режим отдельных территорий посредством их разделения на общественные, закрытые и охраняемые зоны. К таким объектам относится, например, Полицейский департамент города Лос-Сантос. Вторая модель представляет собой государственный объект, которому законодатель непосредственно придал статус режимного объекта. На территории таких объектов также сохраняется внутреннее разделение на общественные, закрытые и охраняемые зоны, однако данное разделение определяет лишь порядок доступа к отдельным участкам территории и не устраняет специальный правовой статус самого объекта. Поскольку SASPA является именно режимным объектом, норма статьи 12.7.2 УАК имеет приоритет перед нормой статьи 12.7 УАК. Следовательно, при рассмотрении ситуаций, связанных с незаконным нахождением лиц на внутренней территории SASPA, подлежит применению именно статья 12.7.2 УАК. Далее суд считает уместным проанализировать правовые последствия пересечения КПП SASPA без идентификации в контексте применения статьи 2.11 Закона “О Федеральной тюрьме” через призму анализа уже утратившей силу редакции статьи с действующей редакцией. Утратившая силу 5 июля 2026 года редакция статьи 2.11 Закона “О Федеральной тюрьме” гласит: “Сотрудники государственных структур, представители исполнительной и судебной власти при проходе/проезде через КПП SASPA обязаны идентифицировать себя сотрудникам SASPA путем предоставления индивидуальных средств идентификации (нашивки, бейджи, жетоны или удостоверение). Отсутствие идентификации лишает лицо права пересекать КПП SASPA и находиться на внутренней территории SASPA.” Рассмотрев данную норму, можно выделить следующее: Установление обязанности сотрудников государственных структур, представителей исполнительной власти и судебной власти идентифицировать себя перед сотрудникам SASPA путем предоставления индивидуальных средств идентификации - жетона, удостоверения, нашивки, бейджа. В ситуации, когда на КПП присутствует сотрудник SASPA, государственный служащий обязан пройти процедуру идентификации установленным способом. При этом нахождение в служебном транспортном средстве государственной структуры может свидетельствовать о предполагаемом статусе лица, однако не освобождает от обязанности по идентификации. Диспозиция статьи гласит об обязательном представлении перед сотрудниками пенитенциарного учреждения, однако на практике возникла следующая проблема: сотрудники SASPA просто находились на КПП и не предпринимали никаких действий к взаимодействию с проезжающими (по сути имитировали нахождение в полудреме, часто в местах, которые для проезжающих мимо вовсе незаметны, например, за будкой КПП). Однако по факту пересечения Контрольно-пропускного пункта, они резко активизировались и привлекали лиц к ответственности за отсутствие идентификации при проезде, что и создавало правовую неопределенность. Согласно статье 2.1 Закона “О Федеральной тюрьме” сотрудники SASPA реализовывают функции охраны правопорядка на территории SASPA, а также безопасности лиц находящихся на ее территории. Верховный суд штата Сан-Андреас, заслушав позиции Генерального прокурора Goga Delamore, а также начальника федеральной тюрьмы Johny White, пришел к выводу, что процедура идентификации государственных служащих на КПП SASPA должна быть инициативной, то есть сотрудник SASPA обязан активно содействовать идентификации. Исходя из этого по инициативе гражданина США Loru Hauptbahnhof при содействии Верховного суда штата Сан-Андреас на пленарное заседание Конгресса штата Сан-Андреас от 21 июня 2026 года был вынесен проект о внесении правок в статью 2.11 Закона “О Федеральной тюрьме”. Действующая редакция (с 5 июля 2026 года) статьи 2.11 Закона “О Федеральной тюрьме” гласит: “Статья 2.11. Сотрудники государственных структур, представители исполнительной и судебной власти при проходе или проезде через КПП SASPA обязаны по требованию сотрудника SASPA идентифицировать себя путем предоставления индивидуальных средств идентификации (нашивки, бейджа, жетона либо удостоверения). Примечание: отсутствие идентификации при наличии соответствующего требования со стороны сотрудника SASPA лишает государственного служащего права пересечения КПП SASPA, а также права нахождения на территории Федеральной тюрьмы Болингброук.” Таким образом государственные служащие при пересечении КПП SASPA обязаны идентифицировать себя сотруднику SASPA ТОЛЬКО при наличии соответствующего требования со стороны сотрудника пенитенциарного учреждения. Отсутствие такого требования не порождает обязанности идентификации. Дополнительным аспектом в рассмотрении данной нормы, выступает лишение права на пересечение Контрольно-пропускного пункта и нахождения на внутренней территории SASPA без прохождения процедуры идентификации. Согласно примечанию к статье 2.11 Закона “О Федеральной тюрьме” отсутствие идентификации лишает лицо права пересекать КПП SASPA и находиться на внутренней территории SASPA.